Музей Тальцы
Архитектурно-этнографический музей "Тальцы" – уникальное собрание памятников истории, архитектуры и этнографии XVII–XIX веков. Расположен музей "Тальцы" на правом берегу реки Ангары в Тальцинском урочище

Телефония для Вашего бизнеса. Подключение телефона в офис, организация междугородной и международной связи, комплексная телефонизация филиальной сети.
Вход

Общие сведения

Филиал музея Тальцы - Сибирская Атлантида

Создание музея в селе Ключи Казачинско-Ленского района Иркутской области СИБИРСКАЯ АТЛАНТИДА. Скачать проект в формате MS-Word (.doc)

.

Филиал музея Тальцы - Сибирская Атлантида

Карта Размещение переселенцев. Из атласа Иркутской области, 1962г.
Карта "Размещение переселенцев". Из атласа Иркутской области, 1962г.

Создание музея в селе Ключи Казачинско-Ленского района Иркутской области СИБИРСКАЯ АТЛАНТИДА

Назначение филиала музея в отдаленном уголке Сибири

Перспектива развития любой территории неотъемлема от формирования культурного пространства, косвенно или впрямую влияющего на экономическую ситуацию на территории, так и в особенности на политико-социальную обстановку. Переход от присущих советскому периоду коллективных форм культурного проведения досуга к современным, по большей части индивидуальным формам его проведения, диктует необходимость в создании условий для активного и пассивного  отдыха в кафе, музеях, участия в народных празднествах и т.  д.  Такие условия, как показывает мировая практика, создают этнографические музейные комплексы под открытым небом, каковых в мире уже более четырех с половиной тысяч.

На севере Иркутской области находится один из самых удаленных и труднодоступных районов – Казачинско-Ленский. Его центр село Казачинское с населением в 3,25 тыс. человек и весь район с населением в 27, 88 тыс. человек живет в двух измерениях.

Первая ипостась района являет собой, современную экономическую действительность обусловленную прокладкой трубопровода от газоконденсатного месторождения: это водители дальнобойщики, работники обслуживающие БАМ, население, занятое в сфере обслуживания. Для всех них  Казачинско-Ленский район уже давно превратился в источник доходов, с прекращением которого прекратится и их пребывание в этом крае.

Вторая ипостась связана с жизнедеятельностью старожильческого населения ведущее полностью натуральное хозяйство. Люди не знают, что такое воровство, обман и предательство. Они не запирают двери в дома, угощают посторонних путников обедом, бережно соблюдают все традиции своих предшественников и приходят в отчаяние, когда узнают цену на билет маршрутного автобуса Казачинское – Иркутск – 1870 рублей. Например, в начале лета в селе Карноухово сыграли свадьбу. Молодожены решили отметить это событие брачной ночью на берегу озеро Байкал в одном из отелей поселка Листвянка, что находится в семидесяти километрах от Иркутска. Зарплата жениха не превышала 5 тыс. руб. в месяц, невеста получала довольствие продуктами. Сутки в самом дешевом отеле обходятся в 1900 рублей. От такой новости, которую молодая пара узнала по приезду на место отдыха, у молодого мужа случился сердечный приступ. 

Создание в Казачинско-Ленском районе филиала музея, является попыткой сохранить неповторимую культуру и традиции, которую условно мы выделили во вторую ипостась. 

 

История и проблемы развития района

Первое упоминание о районе находящемся в бассейне реки Киренга встречается у стольника Петра Головина, отправленного в 1638 г. на р. Лена для обозрения земель и устройства государевой пашни. Перечисляя притоки р. Лена, Головин назвал среди них р. Киренга[1]. Однако, освоение земель по р. Киренга началось чуть позже, и связано с именем знаменитого землепроходца Ерофея Хабарова, организовавшего походы на амурские земли и построившего в 1651 г. первый на Амуре Албазинский острог. Ко времени поездки Петра Головина по р. Лена, Хабаров уже успел завести под Усть-Кутским острогом пашни и открыть там же соляные варницы. Потребность государства в соли и хлебе в  этом крае была настолько велика, что Головин отобрал  пашни и солеварницы Хабарова в казну. Последний вынужден был покинуть Усть-Кутский острог, и, спустившись вниз по р. Лена в 1639 г. в устье р. Киренга, рядом с Киренским острогом, основал деревню Хабарова, тем самым, положив начало освоению земель в бассейне р. Киренга. В 1652 г. Егоркой Назаровым была основана деревня Казачья (совр. Казачинск), которая подчинялась Усть-Кутскому острогу. 

Дальнейшее освоение земель по р. Киренга и ее притоками связано с 1660-ми гг. Производимого крестьянами хлеба катастрофически не хватало для обеспечения жителей севера Восточной Сибири, и Сибирский приказ обязал илимского воеводу провести новый «высмотр» земель в междуречье р. Ангара и р. Лена под пашню. Завершением этой работы стало донесение в Сибирский приказ илимского воеводы Обухова о возможности расселения по рекам Илга, Тыпта, Лена и Киренга двухсот пашенных крестьян[2]. Однако, присланные в 1680-е гг. в Илимское воеводство крестьяне были расселены по рекам Лена, Илга, Тыпта и Бирюльской волости. Сведений о расселении из этих партий крестьян по р. Киренга нет.  К 1700 г. потребность Илимского и Якутского воеводств в хлебе была полностью удовлетворена. Государство от поселенных крестьян Ангаро-Ленского междуречья получало в год  18 000 пудов хлеба. При расходе в 13 000 пудов[3]. Нужда поставлять крестьян в этот регион для государства отпала и дальнейшее расселение крестьян на этих землях шло за счет естественного роста и вольного переселения с разных территорий страны.

Таким образом, в первый период освоения земель будущего Казачинско-Ленского района (середина XVII - начало XVIII) эта территория не была востребована государством. Архивные документы по заселению этого края переселенцами по государеву указу отсутствуют. Заселение р. Киренга, и в этом ее особенность, осуществлялось вольными людьми, которые самостоятельно приходили на эти земли и устраивались на них практически без помощи государства. Так, по преданию, сохранившемуся среди жителей с. Ермаки, основано оно было в 1722 г. Название получило от первого поселенца Ермы, вскоре к нему подселились братья Вологдины, выходцы из Вологды[4]. Видимо, таким же образом были основаны в нижнем течении р. Киренги деревни, отмеченные на карте С. Ремезова, составленной в 1701 г. В тексте, поясняющем карту написано: «С устья вверх по Киренге до Домиды речки (совр. Домугда) вверх сто верст живут по обе стороны пашенные Акицкаго города (совр. Киренск), а меж теми деревнями кочуют ясашные иноземцы с реки на реку. Всякого зверя промышляют и кормятся»[5].

Большую роль в освоении земель района сыграл Киренский Свято-Троицкий монастырь, селивший на своих землях вольных людей, именно так была основана монастырская деревня в устье р. Кутима крестьянином Иваном Кутимским. Монастырь снабдил его всем необходимым для ведения хозяйства. Деревня было основана в 1665 г.[6]

В 1739 г., при впадении р. Ханда в Киренгу (место основного расселения эвенков) в Киренско-Ленском районе была основана д. Ханда, которая вскоре стала центром ясашной волости. Вольное переселение крестьян шло  одиночными семьями и мелкими группами постоянно в XIX в. Так, например, в 1844 г.  образовалось с. Карнаухова. Предание о его создании описано потомком рода Арбатского Тарасом Щвецовым в книге «Карнауховский смутьян». По семейному преданию его предок Петр Арбатский ушел из дома на поиски новой земли после ссоры с отцом, (проживали на р. Лена), примерно неделю шел он пешком на р. Киренга, преодолевая хребет, разделявший Ленский и Киренский водоразделы и вышел на р. Киренга в месте проживания крестьян Добрыниных. Отдохнув у них и пополнив мешок с продуктами, пошел далее по Киренге и через две версты свернул в протоку, где обнаружил редколесье с большими полянами, которые без особого труда можно было расчистить под покосы. Буйное разнотравье на полянах свидетельствовало о плодородии почвы. Открывшаяся ему равнинная местность переходила в возвышенности, которые можно было использовать под пашни. Земли принадлежали тунгусам племени Кача-Уры. При встрече с ними Петр выразил желание поселиться здесь, тунгусы не возражали. На другой день они снялись со стойбища и откочевали вверх по реке, а Петр стал строить зимовье.

 

Уникальность и особенность района

Отдаленность района, отсутствие летних сухопутных дорог, затрудненный водный путь по р. Киренга – единственной артерии, связывающей юг и север Казачинско-Ленского района усиливало изолированность проживающего в нем населения от внешнего мира и способствовало сохранению традиций, завезенных первопоселенцами. Хозяйство крестьян было самообеспечивающим, носило натуральный характер. Пашни, обрабатываемые крестьянами, были невелики, равнялись 2-3 десятинам. Урожая, собранного с них, было достаточно для обеспечения хлебом семьи и скота. Основные культуры, возделываемые крестьянами, были: озимая рожь, ярица, ячмень, овес. На конец XIX в. в крае по-прежнему господствовала двупольная система земледелия, животноводство в хозяйстве играло подсобную роль.

Большое развитие среди крестьян будущего Казачинско-Ленского района получил охотничий промысел, носивший товарный характер. Практически все крестьяне этого региона были одновременно охотниками. Добывали соболя, белку плашками. Для отлова лосей и северных оленей в местах их переходов устраивали ловчие ямы, загородки и петли. Зайцев и колонков ловили кулемкой. Орудия охоты и сооружения лова изготавливала каждая семья самостоятельно. По данным Бычкова О. В., каждый охотник на своем участке устанавливал до 3000 плашек (участок равнялся 2 га и более)[7]. Такое плашниковое хозяйство по-местному называлось «заводом». Участки, принадлежавшие семье, передавались по наследству. Таким образом, юридически не оформленные, они фактически находились в собственности крестьян, и вся близлежащая и доступная для охоты тайга, была разделена между ними. Многие охотничьи угодия были значительно удалены от места проживания охотников. Так, по рассказу жительницы с. Кутима, тяготеющему к Киренску,  охотничьи участки отца ее граничили с Усть-Кутским районом. Необходимый для работы груз везли на лошадях. Путь до первого зимовья занимал три дня.  Охотники расположенных рядом трех дальних участков, сгруппировались, уходили на охоту и возвращались вместе, в случае необходимости оказывали друг другу помощь. Участки были крупными, поэтому для удобства охоты и отдыха, охотниками было построено пять зимовий.

Основной сезон охоты на пушного зверя открывался осенью, после праздника Покрова Пресвятой Богородицы и длился почти три месяца. Охотники выходили из тайги в новом году. Наличие шкурок пушного зверя у крестьян, проживавших в бассейне р. Киренга, стимулировало, несмотря на труднодоступность, развитие торговли. Практически в каждом крупном селении имелась торговая лавка. Наиболее известными из купцов были: Кузнецов, лавка которого находилась в д. Ключи (место, где располагалась лавка, отведено под музей), Цигуль, Дягтерев, Комаров и другие. Они скупали у охотников за 10-12 руб. шкурку соболя, и продавали ее в городе уже за 25 руб. Торговля менее ценной пушниной, такой как белка, колонок, носила обменный характер. Торговцы в зимний сезон завозили на Киренгу гребенки, расчески, швейные иголки, броши, пуговицы, нитки, естественные красители для домотканых тканей и обменивали эти товары на шкурки зверьков. 

 

Советская власть в Казачинске

После установления советской власти страна, разрушенная гражданской войной, нуждалась в волюте. В связи с этим, добыча пушнины была особенно необходима государству, и в Казачинско-Ленском районе первые преобразования органов советской власти были связаны с охотничьим промыслом. Здесь в 1923 г. был образован кооператив охотников, через несколько лет, преобразованный в кооперативное хозяйство Ленохота. В него входило 7000 охотников, которые продолжали охотиться по-старинному. Общее количество плашек, используемых в районе на 1938 г. насчитывало 45 220 штук. В 1930-е гг. из единоличных крестьянских хозяйств образовались колхозы. В колхозах были организованы разные промысловые заготовки. В результате, в  1940 г. колхозники Казачинско-Ленского района, наряду с зерном, сдавали рыбы 180-200 тонн, 60-70 тысяч шкурок белки, 700-1000 шкурок колонка, ягод 6-7 тонн[8].

Упадок в сельскохозяйственном освоении края особенно сильно начал проявляться с 1960-е гг., в период строительства в Иркутской области строительных гигантов. Отток колхозников на эти стройки привел к резкому сокращению населения района, из 110 населенных пунктов, числившихся в районе в 1931 г., к 1974 г. сохранилось всего 12[9]. Угроза полного исчезновения старинных сел в этом районе продолжается.

В 1980-е гг. Центром по сохранению историко-культурного наследия Иркутской области были проведены экспедиции с целью выявления памятников деревянного зодчества для постановки их на государственный учет и принятию срочных мер по их спасению. В 2007 и 2008 гг. с экспедиционным обследованием селений этого региона, для изучения материальной и духовной культуры русских и эвенков конца XIX – середины XX вв., выезжали группы сотрудников ГУК АЭМ «Тальцы». Основная задача, которую решали сотрудники музея во время экспедиций, заключалась в выявление планировочных особенностей сел Казачинско-Ленского района и последующая организация филиала музея «Тальцы». В поездках были обследованы села: Осиново, Ермаки, Карнаухова, Верхнемартыново, Коротково, Нижнемартыново, Кутима, Новоселово, Тарасово.

 

Общая характеристика архитеткуры

Заселение и историческое развитие территории привели к формированию сельского типа расселения, характер и черты которого можно воссоздать, начиная с кон. XIX века по материалам экспедиционного обследования поселений района.

Район относится к одному хозяйственному типу, основой которого было пашенное земледелие. На всей территории района распространился прибрежно-речной тип заселений, характерный для всего Приленского края. Естественной границей освоенных территорий являются: лес, болота, горные отроги.

Часть селений располагаются на высокой террасе, на низких (часто с озерами) равнинах, в устьях рек, впадающих в р. Киренгу, в распадках. На всем протяжении реки селения разделяет тайга. Исключение составляет долина в среднем течении реки, где селения связаны между собой единой сухопутной дорогой.

Летом река остается основным путем сообщения между поселениями. Зимой, по ней прокладывается санный путь. Отсутствие хорошего дорожного сообщения вело к изолированности местного населения.

Распространенной планировкой сел и деревень является прибрежно-речной тип поселений. В плане такие селения повторяют извилистую береговую линию, дома в основном ориентированы окнами на реку. Главная (единственная) улица таких селений имеет однорядную застройку (Карнаухово, Новоселово, Осиново, Кутима, др.). Отступление построек от берега небольшое, не превышает километра, диктуется особенностью рельефа. В местах нахождения деревни берег, как правило, низменный, ровный. При разливах вода доходит почти до домов. Основная улица в селениях тянется между домами и берегом реки. При развитии застройки в крупных селах возникли улицы, первый ряд домов которых смотрел на реку, вторая улица формировалась с одной стороны – огородами завершающими усадьбы, с другой - главными фасадами домов, ориентированных также на реку (с. Кутима, с. Карнаухова). Планировочные решения селений разнообразились перпендикулярными  улочками, проулками по отношению к береговой линии, которые  возникали вдоль ручьев, речек, впадающих в Киренгу. Кроме того, живописность селениям придавали старицы, вокруг которых ставились дома огибая их (с. Ермаки). В крупных селах Ермаки, Верхнемартыново однорядная застройка переходит в улицу с двухрядной застройкой. Улицы разделяющие дома необыкновенно широкие, расстояние между домами не менее пятидесяти метров. Между образующими улицу домами также имеются большие разрывы. Выявленная планировка сел и деревень характерна для севера России.

Планировка некоторых селений частично менялась по разным причинам. Значительные изменения происходили в 30-е г.г. XX века, в период коллективизации, а также в 60-е г.г. – в годы укрупнения совхозов и колхозов. В результате чего исчезли многие мелкие селения – деревни и выселки, где дома и хозяйственные постройки «перекатывались» в большие поселения. Это были большие хозяйственные дворы по хранению и переработке зерна, которые состояли из крупных амбаров, свезенных из близлежащих селений. Амбары дополнялись мангазеями и подтоварниками.

 

[1] Шерстобоев В. Н. Илимская пашня. Иркутск, 1949. Т. 1. С. 97.

[2] Там же. С. 254.

[3] Шерстобоев Указ. сочин. С. 259.

[4] Рассказчик житель с. Ермаки Тетерин Игнатий Иванович (Материалы экспедиции по Казачинско-Ленскому райрну 2008 г.)

[5] Наумов Н. П. Указ. сочин.

[6] Шерстобоев. Указ. сочин. С. 257.

[7] Бычков О. В. Охотничий промысел русского населения таежного Прибайкалья во второй половине XVII – XX вв.// Известия АЭМ «Тальцы». Выпуск 2. Иркутск, 2003

[8] Наумов Н. П. Указ. сочин.

[9] Наумов Н. П. Указ. сочин.

 

Тихонов В.В.,
кандидат культурологии,
Директор ГУК АЭМ «Тальцы»

Нефедьева А.К.,
заслуженный работник культуры РФ,
главный специалист-этнограф

Третьякова С.Н.,
Зав. Архитектурным сектором «Тальцы»

Парфенова Л.А.,
Ведущий архитектор «Тальцы»

Дриевский П.В.,
Ведущий специалист-историк

Титов В.Ю.,
кандидат исторических наук,
доцент, зам. директора «Тальцы» по науке

 

Прибайкалье : Участники
Cписок организаций-участников ...



Иркутские организации:









 
 

Уважаемые господа! Копирование, тиражирование, иное использование фотографий, статей, размещенных на сайте "Иркутская область : Города и районы", возможно только с письменного разрешения НУК "Экспедиция ИнтерБАЙКАЛ"

 
© 2008-2017  All rights reserved