ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ:  ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ПРОЕКТ ПРИБАЙКАЛЬЕ

Интервью Президента Монголии Х.Баттулги

- Главное – это обеспечить реальный контроль монгольского народа над своими природными богатствами, и проводить мудрую сбалансированную политику по отношению к обоим нашим соседям, стать «мостом» между ними, и получать выгоду от такого соседства, а не жаловаться постоянно на то, что «мы зажаты между Китаем и Россией». -

Президент Монголии Х.Баттулга

 

Владимир Бережных, главный редактор издательского проекта «Евразийское обозрение»: - Для первого номера  журнала «Большая Евразия» нам дал интервью новый президент Монголии Х.Баттулга: 

- Господин Президент, известный монгольский писатель  и кинорежиссёр Д. Турмунх в своей книге “Баттулга, каким я его знаю” пишет о Вас как о парне с городских окраин, который  хотя и вырос в юрточном посёлке, но смог окончить Институт изобразительных искусств, и в 1983 году стал чемпионом мира по дзюдо среди юниоров (кажется, в связи с этим про Вас писали в газете “Советский спорт”?). А  в результате перехода на рыночную экономику Баттулга смог, пишет Турмунх, реализовать себя как удачливого предпринимателя…. В общем, человек, который сделал себя сам, self-made man, яркий пример самодостаточности. Зачем же Вы пошли в политику?

- Действительно, благодаря демократическим преобразованиям в Монголии я стал бизнесменом. Но сразу же понял, что без реальной национально- и социально ориентированной политики государство идёт по ложному пути, и в итоге заведет страну в тупик. Вообще, пришедший в политику нормальный человек, хочет не хочет, должен думать не только о себе, не только о своей компании, а о народе, о стране, о том, что он оставит после себя.

- В бизнесе, и в политике Вам помогает то, что занимаетесь спортом, и тем более такими видами, как самбо и дзюдо?!..

- Конечно, занятия единоборствами воспитали упорство, умение побеждать не силой, а тактикой и быстротой реакции на действия противника…. Но политика – это намного сложнее, чем спорт, чем борьба.  Борцу хорошо, он борется с одним соперником. А в бизнесе, или в политике, у тебя может быть сразу несколько противников с разных сторон. Всё это я осознал, когда возглавил Монгольский Демократический Союз.

-Монгольский народ поддержал Вас, и вашу программу, и Вы стали Президентом. Что, на Ваш взгляд, необходимо  сделать  в первую очередь для улучшения монголо-российских отношений?

 - Ситуация, к сожалению, такая, что требуются кардинальные меры по восстановлению наших торгово-экономических и культурных связей. Так, в 2016 году объем российско-монгольского товарооборота снизился почти на 20%, и составил менее одного миллиарда долларов, при этом импорт из Монголии – всего 35,9 млн. долл. США, и, в первую очередь, из-за неоправданно высоких таможенных пошлин на монгольские товары. Конечно, такая структура товарооборота не может нас устраивать. Мы считаем, что у России должен быть более гибкий подход к пошлинам на монгольские товары. Вот, например, Европейский Союз вообще отменил для нас таможенные пошлины, так же действует Япония. А Россия относится к Монголии не как к давнему историческому союзнику, а как к торговому конкуренту!.. Такой политикой российские ведомства «добились» того, что сегодня нам и торговать-то уже почти нечем, если не считать нефтепродуктов. Но кто-нибудь в российском Минпромторге  подумал о том, как может развернутся ситуация, когда  Монголия построит свой нефтеперерабатывающий завод?!.. Тогда товарооборот между нашими странами вообще может опуститься до 50-60 млн. долларов. Немного обнадеживает то, что  за первое полугодие  2017 года двусторонний товарооборот увеличился на 35% по сравнению с аналогичным периодом 2016 года, но и это меньше 700 млн. долларов.

- А с каких шагов надо начинать такую работу по восстановлению торгово-экономических связей между нашими странами в полном объеме?

- Надо создать условия для восстановления в полном объеме приграничных связей и межрегионального сотрудничество наших аймаков с Иркутской областью, с Бурятией, с Алтаем. Если будет заинтересованность, то губернаторы этих регионов быстро найдут взаимовыгодные направления этого сотрудничества. Хорошо было бы возродить Караван Дружбы – проект, в рамках которого делегации из городов и районов Иркутской области выезжали несколько лет подряд в Хубсугульский аймак. Опыт этого проекта надо изучать, и транслировать на другие регионы. Надо срочно подписывать Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Монголии о содействии межрегиональному и приграничному сотрудничеству. Сейчас намного проще осуществлять приграничные связи, так как, наконец-то,  отменили визы между нашими странами. За годы визового режима мы многое потеряли, многое упустили, теперь надо всё восстанавливать. Надо добиваться реального упрощения пограничного и таможенного режима. На монголо-китайский границе,  на станции Замын-Уд, требуется всего 5 минут для оформления всех формальностей, а на монголо-российской в Кяхте нужны многие часы для пересечения границы, и это серьезный тормоз во взаимной торговле. Есть темы,  связанные с российским культурном присутствии в Монголии, с русским языком. Его жизненное пространство в Монголии необходимо сохранить, знание русского языка – это серьезное конкурентное преимущество монголов. Но без поддержки России здесь не обойтись.

- А в плане экономики?

- Важным представляется восстановить межбанковское сотрудничество. Надо создавать механизмы совместного продвижения Экономического коридора Китай – Монголия – Россия, и побыстрее приступить к реализации первого пункта Плана мероприятий Соглашения. А это, напомню, «Комплексная модернизация и развитие Центрального железнодорожного коридора (Улан-Удэ – Наушки – Сухэ-Батор – Улан-Батор - Замын-Удэ – Эрлянь – Уланчаб – Чжанцзякоу – Пекин – Тяньцзинь), изучение экономической целесообразности строительства второго пути и электрификации». В свое время я был министром транспорта, и поэтому хорошо понимаю значение этого железнодорожного пути не только для Монголии, но и для Китая, и для России. Кстати, напомню, что, в соответствии с законом Монголии от 1 сентября 2016 года с 1 января 2017 года, прекращено начисление акцизов на ввозимое топливо для нужд АО «УБЖД». Но еще остается вопрос возврата АО «УБЖД» ранее уплаченных акцизов.

Вообще, что касается АО «УБЖД», то там всегда остро стоят вопросы тарифов (например, их своевременная индексация), уже не терпит отлагательства вопрос генеральной реконструкции УБЖД, так как сегодня её устаревшая инфраструктура является тормозом для увеличения железнодорожных перевозок из Китая в Россию и в Европу. А ведь Монголии и России надо конкурировать с вариантом железнодорожных (и автомобильных тоже) перевозок из Китая в Европу через Казахстан! Еще одним тормозом является наша неспособность договориться о серьезной доработке Соглашения между Правительством МНР и Правительством СССР об учреждении Монголо-Советского акционерного общества «Улан-Баторская железная дорога»! Напомню, это Соглашение было подписано 6 июня 1949 г., и, получается, без всяких изменений действует почти 70 лет. А ведь жизнь-то не стоит на месте, уже и Советского Союза нет, и вместо МНР сегодня государство Монголия.

Завершая тему транспорта, хочу сказать, что надо всерьез отнестись к строительству железнодорожной линии Курагино – Кызыл – Цаган толгой – Арц сурь – Овот, о которой уже давно и много говорят, но «воз и ныне там». Еще одно возможное направление сотрудничества в сфере транспорта – это организация сборки в Монголии легкого российского самолета ТВС-2МС. Для Монголии, с её просторами и возможностью садить самолет почти в любом месте, этот современный «кукурузник» был бы просто незаменим. Нужны нам, конечно, и российские вертолеты.

У нас большие возможности, и огромный исторический опыт сотрудничества в сфере геологии. Напомню, что в Монголии создана Национальная геологическая служба. Мы надеемся на то, что Россия не только поможет в её становлении, и в обеспечении кадрами, но и передаст нам геологические карты, подготовленные совместно еще в советское время.

Хорошие перспективы совместной деятельности в сфере сельского хозяйства, в том числе – и в сфере сельскохозяйственного машиностроения.
 

- А что вы думаете о проекте ГЭС на монгольских реках, текущих через территорию Монголии и России, впадающих в Байкал?

-  Я считаю, что в целом любое насилие над природой, а тем более –  реализация проектов, последствия которых затрагивают огромные территории и вызывает глобальные экологические последствия (а именно к таким относится строительство гидроэлектростанций!) – это камень, брошенный в сторону будущих поколений! Вспомните, как описывал Валентин Распутин в своей повести «Прощание с Матёрой» искалеченные судьбы людей, чьи родовые земли затопили ради дешевого электричества! Ведь тем, кого выселяли из зоны затопления Братской ГЭС, обещали золотые горы и бесплатное электричество! А что получилось на самом деле?! Сотни тысяч гектар леса, пашни, лугов ушли под воду, кардинально, насколько мне известно, изменился локальный климат, теперь, например - в Нукутском районе на Ангаре, постоянные засухи! Мои знакомые рассказывали, что там, когда формировалось Братское море, размывало кладбища, и по воде плыли гробы… Мы тоже хотим, ради электроэнергии, затопить огромную территорию, но еще не очень хорошо представляем себе, что местные жители получат взамен своих пастбищ! Это же надо изучать, и не только с точки зрения экономики и экологии, но и с точки зрения нравственности, духовности! Как, например, отнеслись бы к затоплению наши предки, поклонявшиеся Вечно Синему небу, которые даже гутулы (войлочные сапоги – ред.) шили так, чтобы носки не задевали, не ранили родную землю?!.. А мы её под воду хотим пустить! Но кто реально будет на этом зарабатывать?! – мы сейчас не можем сказать. Но точно, что не простые араты.

Да, понятно, нам, чтобы развиваться, нужна дешевая электроэнергия. Нам надо электрифицировать Улан-Баторскую железную дорогу, и строить новые пути сообщения. Но я считаю, что сейчас в этом вопросе нельзя торопиться, а то «наломаем дров», и в итоге или сделаем страшную экологическую ошибку (и при этом еще полностью рассоримся с Россией!), или останемся экономическим карликом, который полностью зависит от настроения своих соседей. Думаю, что надо взять тайм-аут, создать, как в советские времена, совместный российско-монгольский научный коллектив (например – экспедицию), и еще раз изучить все возможные последствия. Ведь хорошо известно, что ещё в 80-ые годы именно советские учёные предлагали построить каскад ГЭС на реке Селенге. Вряд ли советские инженеры не учли бы вред Байкалу, если бы таковой ему грозил! Тем более что тогда советская наука не зависела от заказов (и, значит, денег!) отдельных олигархов. Если на самом деле строительство ГЭС не приведет к серьезным экологическим последствиям и для Монголии, и для Байкала, то тогда, наверное, надо создавать совместное предприятие, и строить ГЭС. Если же ученые подтвердят – да, действительно будет нанесен непоправимый ущерб и Байкалу, и Монголии, то надо совместно искать альтернативу, в том числе изучать возможность строительства АЭС. Тем более что сырье для атомных электростанций у нас есть. А сегодня эта,  и без того сложная, тема, на мой взгляд, искусственно политизирована, она уже задевает вопрос политического  и экономического суверенитета Монголии, её права самой принимать важные решения, а не под давлением «больших соседей».

- А какие еще острые экологические проблемы есть у Монголии?

 - Кроме ГЭС на Селенге есть, например, проблема трансграничных лесных и степных пожаров. Нельзя забывать и о том, что вот-вот проржавеют автоцистерны с нефтепродуктами, которые лежат на дне Хубсугула. За те годы, когда по льду озера Советский Союз снабжал ГСМ наши северные и западные аймаки, много машин провалилось под лед. Их надо срочно доставать. У нас формируются огромные проблемы на юге, в районе Таван-толгой и Оюу-толгой, где последствия от добычи угля уже начинают приобретать необратимый характер. Если посмотреть с воздуха, то видно, как черный след тянется от Таван-толгоя до границы с Китаем! Можно сказать, что это черный след наших экономических потерь. Китайцы  закрывают свои шахты, потому что от них непоправимый ущерб экологии, и переносят добычу угля в отсталые страны. Я уверен, что нам надо продавать китайцам не уголь, а продукцию из него! И не только синтетический бензин – ведь новые технологии позволяют получать из этого угольного сырья более пятисот видов продукции! Вот куда надо тратить кредиты – на покупку новых технологий и строительство самых современных фабрик по обогащению угля, по производству ультрачистого угля. Это уголь зольностью менее 0,2%, из него делают даже нано-материалы. Такие технологии есть в России, нам надо с ней создавать совместные предприятия. Возрастает экологическая напряженность в восточных аймаках, где уже добывают нефть, и в основном – китайскими руками.

Нам надо восстанавливать наши леса, создавать «зелёный пояс», который отгородит нас от пустыни Гоби. И в этом надо обязательно использовать китайский опыт! Китайцы добились огромных успехов в этом. Мы с благодарностью примем их помощь по решению этой проблемы, тем более что Китай тоже заинтересован в том, чтобы зона лесов наступала на пустыню с севера.

-  Какие еще  изменения в первую очередь надо осуществить в Монголии?

- Знаете ли, необходимость перемен в Монголии давно назрела, и необходимо проводить и экономические, и социальные реформы. Сегодня народ выдвинул лозунг: “Монголия для трёх миллионов монголов, а не для тридцать семей олигархов», так же назрели преобразования в системе правоохранительных органов, в медицине и в образовании. Нам надо приступить к строительству студенческих городков-кампусов под Улан-Батором. В столице 150 тысяч студентов, если разместим их за городом – серьезно разгрузим столицу, да и молодым это тоже пойдет на пользу. Думаю, стоит вернуться к теме строительства метро в Улан-Баторе, нужен и новый стадион. Первоочередных задач много, всё не перечислишь. Но главное – это обеспечить реальный контроль монгольского народа над своими природными богатствами, и проводить мудрую сбалансированную политику по отношению к обоим нашим соседям, стать «мостом» между ними, и получать выгоду от такого соседства, а не жаловаться постоянно на то, что «мы зажаты между Китаем и Россией». При этом надо научиться быть благодарными тому, кто обеспечил нашу независимость, без чьей поддержки монголы бы вымерли от сифилиса и чумы, а вместо этого стали одной из самых образованных наций в Центральной Азии (и, кстати, такой высокий уровень образования – серьезный ресурс монгольского народа!).  А то мне сегодня крайне неудобно читать, или слышать, как какой-нибудь очередной монгольский олигарх «кидает камень» в сторону России, называя её «отсталой страной, считающей себя сверхдержавой». Ведь если бы не Советский Союз, не Россия, то этот бы человек сегодня вряд ли был бы олигархом, а может быть -  даже уже и не был бы монголом, а говорил бы или на японском языке, или на китайском….
 

- Какие у Вас остались впечатления от встреч с Владимиром  Путиным?

- Пока у нас были только краткие встречи, обстоятельно поговорить еще не удалось. Мы с ним, как спортсмены, и как главы стран-соседей, сразу нашли общий язык. Путин в общении был прост, шутил, и произвел впечатление искреннего доброжелательного, но крепкого физически человека. Но вскоре предстоят официальные визиты, на которых будут подниматься экономические, экологические и другие проблемы сотрудничества между Россией и Монголии, и я надеюсь, что и там мы обо всем договоримся в интересах наших народов. Если судить по Владимиру Путину, то Россия вовсе не стремится сегодня стать супердержавой, подчинить себе всех соседей, и навязывать силой свои представления о том, как должен быть устроен мир. Но то, что она сегодня успешно защищает свои интересы – это серьезная гарантия и для Монголии.

- Пока мы с Вами говорили о двухсторонних отношениях России и Монголии, а какие еще внешнеполитические задачи, и внутренние дела надо решать в первую очередь?

- Именно восстановление в полном объеме нормальных экономических и политических отношений с Россией, проведение мудрой, осторожной и сбалансированной политики в отношении с нашим «южным соседом» – это то, чем должен заниматься я как президент Монголии. По внутренним делам: в первую очередь необходимо укрепить государственную дисциплину, объединить все политические силы для решения главной задачи, а именно  – правильно реализовать наш минерально-ресурсный потенциал в интересах всего нашего народа, а не только тех, кто использует близость к власти в своих корыстных интересах. Нам надо сохранить нашу природу-матушку, и тогда за счет туризма, без уродования нашей земли, мы будем обеспечивать значительную часть наших потребностей. Нам надо не кичиться своим далеким историческим прошлым, а сегодня строить дееспособное, управляемое, и при этом демократическое не на словах, а на деле, государство. Ведь демократия – это же не только право голосовать за ту, или иную политическую партию! Демократия – это когда простой человек уверен в том, что государство, в ответ на его честный труд, не бросит его в беде, что оно обеспечит бесплатное образование его детям и достойную пенсию в старости, и что оно обеспечит главное – чувство искренней гордости за свою страну!

- В начале своей политической карьеры Вы всегда говорили, что Монголия должна оставаться парламентской республикой. Позднее много раз сетовали на то, что многочисленные монгольские партии каждая тянут в свою сторону, занимаются популизмом, и решают не проблемы народа, а свои личные вопросы. Сегодня, когда Вы стали президентом, нет ли ощущения того, что Монголии нужна сильная вертикаль власти, и она должна стать президентской республикой, чтобы проводить твердую и сбалансированную линию в течение многих лет, не отвлекаясь на выполнение популистских решений отдельных партий?

- Сначала надо проанализировать и свой собственный национальный опыт (какие, в итоге, результаты для народа?!..), и опыт других стран, в том числе и опыт стран-соседей. Например, в Китае действует достаточно эффективная модель вертикальной демократии, при которой решения, касающиеся жизненно важных национальных проблем, разрабатываются «верхами», но обсуждаются, и утверждаются всенародно. В Сингапуре вообще нет никакой демократии, но вряд ли кто-то из них из-за этого сменил гражданство! В России принята англосаксонская модель двухпалатной демократии, но мы-то знаем, что «генеральную линию партии» там осуществляет президент. Но он, едва накопив опыт управления таким огромным и сложным государством, рискует быть замененным на другого, который больше пообещает избирателям.  Вместе с ним меняется и эта «линия». Есть пример Казахстана, где, по сути, сегодня только конкретный человек является гарантом стабильности, и поэтому народ там каждый раз переизбирает Назарбаева.

У нас, у монголов, есть собственный бесценный национальный опыт эффективного управления государством, но понятно, что сегодня формат «степной кочевой демократии» времен Чингисхана не сработает. Поэтому я считаю, что остается актуальным вопрос разработки собственной национальной демократической (то есть – в интересах всего народа!) модели управления государством, учитывающей как наш менталитет, так и политическую историю монгольского народа, в том числе и опыт последних двадцати пяти лет. Но это, конечно, на отдаленную перспективу. Так что сегодня никто менять конституцию не будет, и я свои президентские обязанности буду выполнять с опорой на неё, и на монгольский народ.

 

 

 

 

 

 

Уважаемые господа! Копирование, тиражирование, иное использование фотографий, статей, размещенных на сайте "Иркутская область : Города и районы", возможно только с письменного разрешения НУК "Экспедиция ИнтерБАЙКАЛ"